Глава 61

Мой возлюбленный угнетатель

Это

было её

первое воскресенье после того, как Аннет перевели в тыл.

Рано

утром она

умылась и переоделась в чистую одежду. Она готовилась пойти на воскресную мессу. Несколько человек, её соседки по комнате, встали и тоже собрались уходить.

Вскоре тихая комната наполнилась шорохом.

Аннет

всегда была религиозным человеком, как и все аристократы. После революции она

редко посещала

церковь, но здесь была сознательной прихожанкой.

Церковь и еженедельная

месса были

для неё тем, что

просто

помогало найти

место, за

которое можно держаться,

как и у большинства людей. Она больше не верила в существование Бога.

Молитва

была больше похожа на вопрос или желание, которое она на самом деле загадывала самой себе.

Иногда она чувствовала небольшое облегчение, если могла очистить

разум за

долгое

время.

Примерно

за 15 минут до начала мессы Аннет вышла из своей комнаты. Как обычно, её соседки по комнате усердно

готовились. Аннет

никогда не общалась

с ними, кроме дежурного минимума

слов. Она даже не надеялась сблизиться с ними. Аннет закрыла

дверь. Это всё для неё не имело значения.

Церковь

находилась недалеко от лагеря.

Там же она вчера встретила Хайнера. Она ушла вчера, закончив стирку.

церкви было довольно много людей. Аннет села в последнем ряду и тупо

смотрела на крест, пока не началась месса. Даже те, кто не верил в Бога в

армии, посещали мессу с большим энтузиазмом. Им нужно было место, за которое можно удержаться на краю обрыва.

Аннет

видела, как бесчисленное количество солдат умирало с мольбами к Богу. Слышал ли этот Бог их крики? Этого она не знала.

Спокойный

и мирный аккомпанемент фортепиано возвестил о начале мессы. Это был гимн,

который она хорошо выучила. Аннет безучастно смотрела на пианино и

медленно постукивала пальцами по бедру. Это было полубессознательное движение.

Незадолго

до начала мессы рядом с ней появился кто-то в чёрном. Он сидел в конце прохода,

рядом с Аннет. Присутствие

и запах были чем-то знакомы. Прежде чем она смогла сообразить, Аннет невольно

повернула голову в сторону.

Затем она сразу

напряглась. Аннет

снова посмотрела вперёд

как можно более само собой. Но она не могла быть уверена, что всё выглядело само собой.

—

Мы начинаем Мессу с молитвы. Он среди нас...

Люди

начали читать молитву. Аннет также продекламировала её на шаг позже. Но она только

бормотала по

инерции,

ничего из содержания не приходило ей в голову.

—

...Отец, Господь нашей жизни, защитник умирающих...

Голос пастыря был тихим, но

отчётливо

слышным, когда он говорил молитву. Аннет держала глаза закрытыми.

Песнь

хора закончилась, и началась проповедь к мессе. Даже тогда Аннет с трудом могла

сосредоточиться. Краем

глаза она продолжала видеть его тень. Мысли, естественно, переносились на тех,

кто имел к нему отношение.

«Это было совпадением? Или он специально пришёл?»

Если

подумать, это была единственная военная церковь в тылу. Личный состав тылового

эшелона должен был присутствовать здесь на мессе официально.

Хайнер

не был религиозным человеком, но каждую неделю посещал мессу. Судя по тому, что

она слышала, он делал это

с очень раннего возраста. Она задавалась вопросом, почему, хотя он не верил в

Бога.

«С раннего»

«возраста... Интересно, это было, когда он был курсантом?»

Тренировочный

лагерь на острове Сазерлейн находился под юрисдикцией её отца, маркиза Дитриха. Судя по

характеру её

отца, что был набожным верующим, очень

вероятно, что он заставлял курсантов посещать церковь.

«Курсантов...»

На

мгновение она опешила пришедшими

ей в голову мыслями. Аннет медленно опустила взгляд. Её руки на бёдрах были холодными. Она крепко сжала их вместе.

Она

сознательно или бессознательно избегала думать о его прошлом. Она

догадывалась, что между ним и ею должна быть какая-то связь. Потому что после

того, как она заговорила о разводе, он даже не удосужился скрыть свою

ненависть.

Но,

оглядываясь назад, она всегда упускала это «почему» в своих вопросах к нему. Она всегда думала, что всё просто. Её отец был

королевским военным генералом, преследовавшим революционную армию. А она была дочерью своего отца.

Так

что его ненависть

была естественной. Ей

никогда не приходило в голову спросить Хайнера о прошлом... ни разу. Не фальшивое

прошлое, которое он придумал как часть своей операции, а его реальное прошлое.

Мысли

её

смешались. Наконец, месса закончилась, и она не смогла сосредоточиться

даже на одном предложении. Аннет вздохнула и достала конверт с пожертвованиями.

Без

какой-либо причины она на мгновение заколебалась, медленно положив деньги обратно в конверт и деликатно

закрывая его. Она не хотела встречаться с ним лицом к лицу.

Но

даже тогда Хайнер не покинул своего места. Аннет нежно прикусила нижнюю губу.

— Какого чёрта он делает?

неё

не хватило уверенности повернуть голову и проверить. Наконец, Аннет не

выдержала и встала первой. Она положила конверт в коробку для пожертвований и

немедленно вышла из церкви. Вход был довольно пустым из-за небольшой задержки во

времени внутри.

Быстро

идя, глядя в пол, она вдруг обо что-то ударилась лбом. Аннет остановилась,

пораженная.

—

Ох.

Она

подняла голову, чтобы извиниться, и увидела перед собой знакомое лицо, ярко

улыбающееся. Глаза Аннет расширились.

—

Куда ты так быстро? — спросил парень.

—

Райан!

Аннет

радостно позвала его по имени.

Ещё

больше она была счастлива, впервые увидев знакомое лицо в тылу, где она не

знала ни одного человека. Райан слегка приобнял её и от души рассмеялся.

—

Ха-ха, как дела?

—

Всё

великолепно.

Почему ты здесь? Ты был на мессе?

—

Я был здесь только раз. Слышал

новость о том, что тебя

разместили в тылу, но район был другим. Я думал, что если приду сюда, то смогу увидеть

тебя. Ты всегда посещаешь мессу, не так ли?

—

Ах, новости...

Это

было больше похоже на слух. Её

история уже широко разошлась в тылу. Аннет улыбнулась, не отрицая и не подтверждая её.

—

Как-то неловко видеть тебя здесь, не так ли?

—

А,

неловко? Я не видел тебя какое-то время. — прищурился Райан.

—

Ну, возможно,

скорее незнакомо, чем неловко. — исправилась Аннет.

—

О, и как

здесь?

—

Совсем

по-другому.

—

Подожди.

Что у тебя с щекой? —

спросил Райан, указывая на её

левую щеку.

Аннет

застонала. Она

не думала, что это такая уж

видная

царапина, но она точно выделялась, учитывая, что

это был первый вопрос Хайнера, когда они встретились прошлой ночью...

—

Я немного поранилась

на работе.

—

Что случилось?

—

С руки больного...Я пыталась

сменить повязку, но он разозлился, потому как думал, что я пришла ампутировать

ему ногу.

—

О, Боже...

Райан прищелкнул языком.

—

Он извинился?

—

Эм, нет. Но это нормально.

—

Во время войны у нас не хватает медикаментов и рабочей силы, поэтому многие

военные врачи сначала ампутируют конечности. Я понимаю его чувства, но если он поранил чьё-то лицо, он должен извиниться. — грустно сказал Райан,

внимательно осматривая её

рану.

Загрузка главы...

Комментарии