Глава 300: Последний рубеж

Рыцарь Вечной Регрессии / Рыцарь, живущий одним днём
Вечно регрессирующий рыцарь
Глава 300: Последний рубеж
Снег падал густыми хлопьями.
— Ну и напоследок ты, как всегда, устроил полный бардак.
Тело, закалённое годами тренировок и опыта.
Безумный варвар оказался крепким противником.
Даже с проломленным черепом он всё равно сжал копьё и ринулся вперёд.
Из раны хлестала кровь, но он всё равно неумолимо сокращал дистанцию. Ещё миг, и он достанет.
— Думаешь, я... я так просто сдохну?!
Рем невольно восхитился его упорством. Вот так и надо было с самого начала.
С этого момента бой превратился в кровавую мясорубку. Кровь летела во все стороны.
Копьё пронзило толстую кожу, глубоко вонзившись в его бедро.
Он успел вывернуться, и это спасло его. Иначе потом хромал бы всю жизнь.
Вместо этого Рем снёс топором два пальца на руке варвара.
Варвару ещё повезло: отделался двумя пальцами. Рем вообще-то целился в кисть.
Жаль, конечно, но бой от этого не стал хуже.
Рема захлестнул азарт.
Давно ему не попадался такой противник.
Враг с силой почти как у гиганта, да ещё и с чудовищно мощным сердцем.
И всю эту мощь он без конца вбивал в бой своими безумными приёмами.
— Как ты это делаешь без магии?!
Безумца из Фуло потрясло многое. Первым потрясением стало Звериное сердце Рема.
— Сучий сын.
Рем зарычал.
— Моя мать умерла сто лет назад!
— А, вот почему у тебя её нет.
Варвар окончательно взбесился.
Они оба дрались в бешенстве, и Рем не раз оказывался на краю. Опасен был не только варвар: противников было несколько.
Дзынь!
Волк налетал снова и снова, обдавая его звериной вонью.
Волк кружил вокруг, постоянно ища возможность показать свои клыки.
Наконец волк вцепился Рему в руку, и в тот же миг варвар со всей силы всадил копья ему в спину.
Рем всё ещё держал волка и при этом работал топором.
Широким взмахом над головой он отбил летящее копьё.
Но одно копьё всё-таки полоснуло его по боку.
Слёзы выступили на глазах, и боль заставила его волосы на теле встать дыбом.
Ребро треснуло.
Сумасшедший сосредоточил свою силу в одном копье, и хотя оно попало в Рема, он не остановился.
Не выпуская топора, Рем свободной рукой размозжил волку череп, а затем без труда отбил новое копьё.
Передохнуть было некогда. Он двигался как одержимый.
Среди этого хаоса что-то липкое схватило его ногу.
— Что за чертовщина?
Липкая магия. Такого трюка он не ждал.
Похоже, старый лис решил показать, насколько он хитёр.
Среди добычи самый опытный всегда был самым хитрым.
Рем напряг ногу и рванулся, прикинув, что липкая магия держит лишь на ограниченном участке.
Грохот!
Мощным пинком он швырнул топор в сторону и снёс троих зверей, наседавших на него.
Двух разрубило пополам через шею и грудь, а третьему копьё пробило череп.
Рем всё так же яростно бился, но теперь вперемешку с удовлетворением чувствовал и разочарование.
Безумный варвар попятился.
Следующие выпады уже не были такими мощными.
Даже удар копьём, которое он сжимал обеими руками, Рем отбил.
И снова тот приём: копьё на нити.
— Ах, этот мерзавец.
Азарт Рема мигом остыл.
Взмахом топора он отбил копьё и увидел, как варвар стремительно отскакивает назад. Копьё описало дугу и пронеслось мимо.
Сумасшедший закричал.
— В следующий раз я тебя точно прикончу!
— Да неужели? Думаешь, прикончишь меня в следующий раз? Ты меня, а не я тебя?
Рем рванул вперёд и с размаху опустил топор волку на голову.
Топор глубоко вошёл в череп, разделив тело зверя пополам.
— Чёрт, теперь ясно. Ты до сих пор жив только потому, что драпал всякий раз, когда запахло жареным.
Гнаться за ним и добивать? Можно. Но уже не хотелось. Весь азарт как рукой сняло.
Рем просто потерял к нему интерес.
А вот для Волчьего епископа всё выглядело совсем иначе.
— Эй! Ты куда это собрался?!
Он не сумел скрыть потрясения. В голосе звенело неверие.
Это заметила даже Тереза. Удивление читалось у него на лице слишком явно.
От потрясения у него отвисла челюсть, и тут же снова разошлась рана на голове. По лицу потекла кровь.
Тёмно-красная кровь струилась по его щеке, капая с подбородка на пол.
Ответа не было.
Бессмертный берсерк ушёл, не сказав ни слова.
Даже не извинился. Впрочем, поздно: у епископа и так кровь уже стучала в висках так, будто голова вот-вот лопнет.
— Брат-епископ, пора уходить.
Епископ нахмурился при упоминании титула и повернулся.
Там стоял хромающий полугигант.
Щит был расколот надвое, а по мечу шла трещина.
— Еретическая мразь. Я прокляну тебя даже после смерти.
Волчий епископ сквозь зубы сыпал проклятиями. Всё это казалось ему несправедливым.
Они должны были победить. Как бы ни был силён враг, против него вышли бессмертный берсерк континента и епископ культа.
К тому же с ними был и его связанный с душой лютоволк.
И вот таков итог?
С кем-то вроде Терезы они должны были разделаться без труда.
Но нет, всё пошло не так.
Вместо того чтобы сокрушенно вздыхать или взывать к небесам, епископ пробормотал с последней каплей горечи:
— Проклятые негодяи.
Он чувствовал смерть лютоволка, связанного с его душой.
Надежды не осталось.
— Я прокляну вас до конца ваших дней! Ваша плоть сгниёт, а смерть будет к вам немилосердна! Бог проклятий вам этого не простит! И тебе тоже, бессмертный берсерк!
Последняя вспышка злобы досталась его бывшему союзнику.
Тот, кто должен был стоять рядом и вытаскивать его из передряги, сейчас просто бежал. От одной этой мысли его мутило.
— Да, ступай и купайся в реке ада. Я скоро присоединюсь к тебе.
— Ну и ладно!
Тереза наконец размозжила епископу череп.
Смертельным оказался удар рукоятью сломанного меча.
Тереза, вся в крови на маске, поправила её и увидела, как к ней, прихрамывая, идёт Рем.
— Ты вернулся?
— Конечно вернулся, а как иначе? Что там с капитаном?
Никакой трогательной сцены с взаимной поддержкой не было. Они просто поплелись вперёд.
Ни один из них не был в идеальном состоянии, но никто не умирал.
И никакой взаимовыручки, чёрт бы её побрал.
Дикий конь подошел к ним сбоку.
— Ты тоже сражался?
Иго-го!
Услышав ответ одноглазой зверюги, Рем недовольно скривился.
— Даже проклятые лошади дерутся, а человек убегает.
Он всё ещё ворчал. Казалось бы, после такого боя кровь должна кипеть, но внутри было пусто. Такое случалось редко, особенно когда противник был человеком и вдобавок имел преимущество.
— В следующий раз я обязательно доберусь до тебя, старик, — пообещал Рем.
Рем мысленно поклялся.
И были те, кто наблюдал за их битвой.
Тяжёлая пехота и кавалерия.
Командир наёмников, возглавлявший кавалерию, осознал своё положение.
— Не вмешивайтесь.
Никогда не жалуйтесь на усталость.
Если сейчас рвануть в бой, погибнешь. Это было ясно как день после одного взгляда на их схватку.
Даже к той здоровенной молчаливой женщине теперь следовало подходить с опаской.
Хотя он никогда не недооценивал её, его взгляд на ситуацию полностью изменился.
Если бы это произошло раньше, люди, возможно, были бы деморализованы и отступили бы после того, как увидели, как Рем и Тереза сражались.
Это случалось часто: они показывали подавляющую силу, которая казалась почти нечеловеческой.
Да, они были союзниками, и это приносило облегчение. Но дистанция всё равно чувствовалась. Даже свои их побаивались.
Но на этот раз всё было иначе.
Оба хромали, и на их фоне самым бодрым выглядела лошадь, шагавшая рядом.
Если бы не они, отряд, скорее всего, уже бы смяли.
Всех разом захлестнули облегчение, радость, восторг и пьянящее чувство победы.
— Отряд сумасшедших.
— Рем. Тот самый Рем с топором.
— Безумный Рем с топором.
— Не умер, да?
— Он не умер.
— Бессмертный Рем?
Чьё-то бормотание вдруг превратилось в прозвище. А Рем тем временем тёр уши.
Это они сейчас о чём?
Солдаты вскоре присоединились.
— Бессмертный Рем!
Они думали, что он умер, но он вернулся и прогнал врагов.
Прозвище выросло из привычного «ну и мерзкий же у него нрав» во что-то куда более громкое.
— Бессмертный Рем! Неумирающий Рем!
— Неумирающий безумец!
— Ура-а-а!
Большую часть монстров уже перебили. На поле боя это было самое выгодное место.
После смерти лютоволка и епископа остальные твари бросились врассыпную.
Без вожака монстры в стаю не сбиваются.
С криками и улюлюканьем они двигались к центру поля боя.
— Боже, как же это шумно.
Рем всё тёр уши.
— Странствующая Тереза!
Солдаты выкрикивали её привычное прозвище.
Она поправила маску одной рукой и подняла другую.
Ей самой хотелось это сделать. Порыв шёл от сердца.
Когда она жила в культе, бывало, что она по неделе не говорила ни слова. Теперь всё изменилось.
— Я — Скиталица Тереза.
Здесь было иначе. И она тоже изменилась. Узнав, что такое радость и удовольствие, она стала смотреть на мир по-другому.
— Кочевница Тереза!
Все разом подхватили её бормотание.
Звучало так хорошо.
— Ну и чего ты застыл? Бессмертный Рем!
Рем почему-то слегка раздражённо рявкнул в ответ.
Солдаты тут же подхватили крик.
Детский сад, конечно, но всё это происходило по пути к Энкриду, Рагне и Аудину.
Рагна выглядел более-менее целым, а вот Аудин нет.
Его тело было покрыто множеством небольших ран.
Его левая рука безжизненно свисала. Была ли она сломана?
— Вывих. Не смог выложиться до конца, пока гонялся за псом, так что тебя там изрядно потрепали, брат.
— Да так, царапина. Просто проявил уважение к старику.
Тереза молчала.
Рагна какое-то время смотрел на них, потом заговорил:
— Вы все слишком слабы. Пока возитесь с такими сопляками, от вас капитану одни проблемы.
— Чёрт, почему я его вообще пощадил? — пробормотал он.
Рем пробурчал, а Аудин, улыбаясь, сжал кулак.
— Похоже, тебе не хватает божественных объятий, брат.
Энкрид, глядя на это, провёл рукой по волосам.
Весь этот спор был полной ерундой. Он повернулся к Рему.
— Хватит шутить.
— А что не так? Неужели их поколотили только потому, что меня не было рядом?
— Разве это не тебя там отделали?
— Меня пощадили, потому что я стар.
— Ну да.
— Это что ещё такое? Почему всё закончилось именно в тот момент, когда я вернулся? Я только собрался развлечься.
— В таком-то состоянии?
Энкрид сказал это с каменным лицом.
Рем крикнул в ответ.
— Ты что, меня не знаешь? Всё только начинается! Ты вообще в курсе, кто я такой?!
С этими словами он выставил ладонь вперёд. Пара смышлёных солдат тут же что-то забормотала.
Услышав это, остальные дружно подхватили:
Разошлись не на шутку.
Энкрид рассмеялся и покачал головой.
— Движения врага странноваты.
Адъютант Грэма заговорил сбоку, и Энкрид ответил, не глядя.
— Это работа моих людей.
— Как это?
Объяснять не нужно. Это был Джаксен.
Он мог убить графа Тарнина давным-давно, но ждал подходящего момента.
Когда бить будет выгоднее всего?
Джаксен был умён.
Разве смерть вражеского командира мгновенно прекратит битву?
Нет. Ещё остались другие.
Среди них хватало опытных наёмников.
По сравнению с Энкридом и отрядом Безумцев, они были другого класса, но всё же, в плане обычных сил, их не следовало недооценивать.
Они об этом подумали.
— Правда на нашей стороне.
Им нужно было только, чтобы виконт Тарнин остался жив и отступил.
Так они сохраняли моральное превосходство и оставались в выгодной позиции. Некоторые из них даже знали про Эспен.
Сначала они отойдут и оставят Пограничную стражу разбираться с Эспеном. А потом снова начнут войну за эту землю.
Когда Пограничная стража истощит силы, с ней можно будет столкнуться уже на куда более удобных условиях.
Самые сообразительные решили, что сперва надо найти виконта.
К тому времени голова виконта Тарнина уже висела на столбе.
—...И когда только сдохла эта свинья?
Даже смышлёный наёмник опешил.
И несчастен.
Джаксену не нужно было использовать магический артефакт, чтобы скрыть своё присутствие и передвигаться.
Он просто переоделся во вражескую форму и наблюдал.
Он выискивал тех, кого стоило убрать, и дарил им красные ожерелья.
То же он проделал и с одним безымянным, но сообразительным наёмником.
Кинжал был странной формы: снаружи тупой, острый только с внутренней стороны. Стоило прижать его к шее, и всё было кончено.
Он схватил запястье удивлённого наёмника, но его правая рука описала полукруг, разрезав горло.
На шее наёмника вспыхнуло красное ожерелье, и из раны хлынула кровь. До него так уже умерли семеро.
С него хватит. Джаксен отошёл.
Он не верил, что капитан умрёт просто из-за кратковременного отсутствия. Поэтому он вернулся по плану.
Энкрид уже был там. И призрак тоже.
— Призрак, значит? Надо бы провести обряд изгнания. Пары кинжалов должно хватить.
— Почему этот проклятый дикий кот разговаривает со мной?
Подал голос призрачный варвар. Джаксен настаивал, что призрака надо изгнать, но дело не пошло.
В ответ он услышал лишь напутствие от безумного варвара с топором.
— А почему бы тебе самому не сдохнуть? Иди и сдохни.
Он это проигнорировал. Своё дело он сделал, а капитан был цел.
— Я действительно думал, что на этот раз умру.
— сказал Крайс. Энкрид мельком глянул на солдата с выпученными глазами. Крайс, толком не спавший уже несколько дней, улыбнулся.
— Тебе повезло. Правда. Похоже, богиня удачи тебя поцеловала.
— Поцелуй богини приносит удачу.
Пока Крайс говорил, сверху повалил густой белый снег.
К концу разговора снег вперемешку с дождём уже валил сплошной стеной.
— Ненавижу такую погоду, — пробормотал Рем. С неба густо сыпалась эта чёртова пыль.
У Джаксена и Аудина было то же выражение лица.
А вот Энкрид понял всё сразу.
— Как и ожидалось, у капитана голова варит.
— сказал Крайс. Рем раздражённо буркнул: — Ну посмотрим, смогу ли я сегодня выколоть тебе эти глазищи. Впрочем, это была лишь мелкая перебранка.
Снег всё валил. Даже тем, кто только что дрался, нужна была передышка.
А значит...
— Мы выиграли немного времени.
Крайс вслух сказал то, о чём думали все.
Этот снег стал удачей, которая не даст Эспену двинуться дальше.
Он подарил им время на передышку и перегруппировку.

Комментарии

Загрузка...