Глава 516: Великан, торгующий товарами

Рыцарь Вечной Регрессии / Рыцарь, живущий одним днём
В прошлом, когда известия о войне превращали города в пустоши, Крайс часто ворчал.
— Почему здесь так трудно что-либо достать?
Однако, его жалобы приносили ему прибыль.
Когда товаров мало, цены на них неизбежно взлетают — так, по крайней мере, гласит поговорка.
По сравнению с теми временами, город теперь стал совсем иным.
Лавок стало больше, а одна из площадей была забита торговцами, разложившими свой товар прямо на земле.
Зоны были четко разделены, а между ними патрулировали солдаты.
В толпе Энкрид заметил знакомого Лягуха.
Как же его звали?
— Я здесь не для того, чтобы сражаться.
Лягух со шрамом через всё лицо поднял бледную ладонь и заговорил.
Покопавшись в памяти, Энкрид вспомнил имя.
—...Миеллун?
— Да, верно.
Миеллун, по всей видимости, вступил в гильдию Гилпина, подчинявшуюся Крайсу.
Казалось, городская жизнь ему по душе; он заметно поздоровел и окреп, а его щеки почти лоснились.
Считалось, что у здоровых Лягухов блестящие щеки — замечание, которое когда-то сделал иссохший Луагарне в засушливом климате.
— Еще увидимся.
Проходя мимо Миеллуна, Энкрид заметил, что среди людей изредка попадались зверолюди, эльфы, гномы и Лягухи. Он даже увидел Великана.
Хотя их и называли зверьми багряной крови, не все Великаны были одинаковы, как не бывают одинаковыми все люди или эльфы. Кое-кто из них искал в жизни нечто иное, кроме битв. Этот, похоже, был как раз из таких.
Мимо прошел Великан, неся на плече большой сверток черной ткани, который можно было принять за палицу. Когда их глаза на миг встретились, взгляд Великана не был свирепым, как можно было ожидать от его рода. Напротив, он напомнил Энкриду безмятежные, неподвижные глаза коровы, которую он когда-то видел на Западе.
— Приветствую, — сказал Великан, коротко кивнув, после чего проследовал дальше и уселся там, где собирались уличные торговцы.
Хотя некоторые торговцы поблизости выглядели встревоженными, другие оставались невозмутимы.
Один торговец даже обратился к нему панибратски.
Великан больше походил на странствующего разносчика, чем на воина — вполне логичное предположение, учитывая, что торговцам часто приходилось уметь постоять за себя.
— Ты опоздал, — сказал торговец.
— Раздобыл кое-что стоящее, — ответил Великан.
По тому, как непринужденно Великан общался с человеческим торговцем рядом, было ясно, что он в Пограничной Страже не впервые. Даже патрульные солдаты никак не реагировали, подтверждая это.
Заинтригованный Энкрид подошел ближе.
Великан развязал сверток ткани, который нес. Внутри оказались массивные вещи: мешки, в которые влез бы целый человек, бревна, обтесанные под подобие мебели, и прочая всячина.
Великан-коробейник.
Не самая обычная профессия для их народа.
— Присматриваешься?
Глубокий, гулкий голос Великана словно доносился из глубины пещеры.
Он посмотрел прямо на Энкрида, который лишь кивнул.
Великан, по всей видимости, не знал, кто перед ним.
Хотя несколько патрульных могли его узнать, слава не всегда означала мгновенное узнавание в таком оживленном городе.
Если чья-то внешность не была по-особенному примечательной или снаряжение не бросалось в глаза, узнавали редко.
— Слышал, ты нашел кое-что стоящее, — повторил Энкрид недавние слова Великана.
Великан открыл одну из больших кожаных сумок, достав несколько предметов: необработанные самоцветы, камни и несколько рулонов свернутой кожи.
Что же считалось «стоящим»?
Как наемник и мечник, Энкрид неплохо разбирался в материалах, но ему было далеко до опыта торговца. Судя по ассортименту, Великан имел дело скорее с сырьем, чем с готовыми изделиями.
Один из свертков кожи привлек внимание Энкрида.
По сравнению с размерами Великана, сверток не был особенно большим. Поверхность была темно-коричневой, толстой и на первый взгляд казалась тяжелой.
— У тебя хороший глаз, — заметил Великан, хотя в его тоне не было ни дружелюбия, ни попытки навязать продажу.
Типичное поведение торговца его, похоже, не интересовало.
— Может быть, — ответил Энкрид, переводя взгляд на Великана.
— Слышал когда-нибудь о Гильдии Черной Кожи?
Конечно, слышал.
Любой, кто странствовал по континенту, неизбежно сталкивался с определенными известными именами: Пастыри Диких Земель, Ледниковые Рейнджеры и, среди прочих, Гильдия Черной Кожи. Гильдия Черной Кожи слыла лучшими охотниками континента.
— Эта кожа от них. Не знаю, что это за существо, но она прочная и лёгкая, — сказал Великан, аккуратно держа свёрток между большим и указательным пальцами.
— Она дорогая, — заключил он.
Цена Энкрида не смущала.
Протянув руку, он принял сверток, который Великан положил ему на ладонь.
Развернув его, он увидел превосходно выделанный кусок кожи.
Как и утверждал Великан, она была невероятно легкой — не из-за силы Великана, а сама по себе.
Пусть и не как пушинка, но ощутимо легче, чем казалось на вид.
Не было никакого неприятного запаха, а ширины хватало как раз на то, чтобы обернуть предплечье.
— Необычно, — заметил Энкрид.
— Редкость.
— Ты тоже необычный.
— Разве это важно?
— Ты привлек мое внимание.
Великан ничего не ответил.
Ну и что?
Покупаешь ты или нет?
Для него важно было только это.
— Я беру это, — сказал Энкрид.
Вещь его заинтриговала.
Он уже представлял, как ее использовать.
— Двенадцать золотых монет.
Это была высокая цена.
К тому же странно точная.
Почему двенадцать, а не десять?
Учитывая размер — едва хватит обернуть запястье или предплечье, — это было непомерно дорого.
Для Одина его хватило бы только на кулак.
— Ладно, — согласился Энкрид без торга. Он не видел в нем смысла.
Но возникла проблема.
Похлопав себя по поясу и пошарив по карманам, Энкрид понял, что не взял с собой денег.
«Ты когда-нибудь планируешь заранее, дурень?»
Акер, его разумный меч, проворчал у него в голове. Энкрид проигнорировал замечание, поглощенный поисками.
Неудивительно, что звона монет не последовало.
Глаза Великана подозрительно сузились.
Вор?
Грабитель?
Это было нелепо.
Это была Пограничная Стража, место, где воры теряли руки, а грабителей практически не существовало.
Однако, Великан скрестил руки на груди, его взгляд скользнул в сторону двух стражников поблизости.
Стоит ли их позвать?
После минутного колебания Великан решил дать ему шанс.
— Проваливай, если у тебя нет крон.
—...Я друг Леоны.
Тихо сказал Энкрид.
Это было правдой.
Двенадцать золотых не были проблемой; он мог раздобыть их быстро.
Он уже собирался это сделать, когда его перебил другой торговец, на чьем лице так и читалась жадность.
— Я куплю это за семь с половиной золотых.
Что за чертовщина?
Энкрида слегка разозлило.
Разве не было очевидно, что он уже ведет переговоры об этой вещи?
Он удержался от того, чтобы выпустить Волю, так как это могли счесть угрозой, и просто уставился на торговца.
Торговец встретил его взгляд, вызывающе вскинув подбородок.
— Что?
Ну и что ты мне сделаешь?
Пограничная Стража была убежищем для купцов благодаря строгой охране.
Мошенникам, грабителям и карманникам было почти невозможно здесь работать.
Незаконная гильдия Гилпина даже взяла на себя роль ночных сторожей, а ополчение Пограничной Стражи обеспечивало правопорядок днем, оставаясь беспристрастным даже ради нескольких серебряных.
Система работала исправно, хотя потребовалось немало усилий, чтобы довести ее до такого состояния.
— Я сейчас же вернусь с монетами. Не могли бы вы немного подождать...? — сказал Энкрид слегка отчаянным тоном.
— Слушай, если нет денег — отойди. У меня нет на это времени, — перебил его сварливый торговец, обрывая на полуслове.
Рука Энкрида дернулась.
Тон торговца напомнил ему Крайса, но если замечания Крайса были терпимы, то отношение этого жабоподобного дельца пробудило в нем желание убивать.
Пусть он и знал, что внешность — это еще не всё, она определенно влияла на его чувства.
Энкрид глубоко вздохнул.
Это не стоило того, чтобы выходить из себя.
— И ты утверждаешь, что ты друг Леоны Рокфрид? Ха! Тогда я дядя генерала Энкрида!
«Убить его, что ли?»
«Разве будет большой бедой, если я прикончу только этого одного типа?»
«Наконец, я же генерал, верно?»
Обстановка накалилась, когда подошли двое солдат.
Они не узнали Энкрида.
— Если начнете драку, последствия коснутся обеих сторон. Ни для кого из вас это добром не кончится.
— Чтобы вы знали: лорд Пограничной Стражи не принимает ничью сторону.
Справедливость была суровой.
Это было известное изречение, выставленное в суде Пограничной Стражи — предупреждение не доводить дело до крайности без нужды.
Вся эта система была делом рук Крайса.
Суды требовали людей и часто его личного участия.
Хотя он не мог не замечать случаи подлинной несправедливости, пустяковые споры, переданные в городские суды, приводили к взиманию тяжелых налогов под видом судебных пошлин.
Эта система гарантировала, что обращаться будут только те, у кого есть реальные претензии, удерживая остальных от злоупотреблений властью.
А когда появлялись настоящие жертвы, пошлины им часто прощали.
Поначалу систему сильно критиковали, но со временем она укоренилась.
Энкрид, однако, не знал этой предыстории.
«Конечно, они примут мою сторону»,
— подумал он.
Наконец, он был чином выше, чем сам лорд.
Но если он раскроет свой статус сейчас...
«Разве это не заденет мою честь?»
— Эй, если ты сейчас раскроешь, кто ты, то с таким же успехом можешь укусить меня и спрыгнуть с обрыва.
Акер, его разумный меч, дал очень уместный совет.
Энкрид решил, что лучше сбросит этот меч с обрыва, чем будет его чинить.
Лезвие уже теряло остроту, и сам меч превращался не более чем в кусок металла.
— Даже не думай об этом. Дай мне насладиться последним месяцем.
Проигнорировав ворчание меча, Энкрид повернулся к великану-торговцу, пытаясь взглядом внушить доверие.
— Что?
—...Забудь.
Великан перевел взгляд на жабоподобного купца и твердо сказал:
— Тебе я его тоже не продам.
— Что? Просить двенадцать золотых за эту кожу — это грабеж среди бела дня!
Заявление великана разозлило торговца, хотя Энкрид видел, что это лишь уловка, чтобы получить преимущество в переговорах.
Но даже не осознавая тактики, великан просто покачал головой.
— Я не продаю.
— Разве ты не с компанией Рокфрид?
— Ну и что?
— Я торгую с Рокфридами годами. Это может вызвать проблемы позже.
Это что, была угроза?
Солдаты, видимо, сочтя это за обычную торговлю, отступили.
Энкрид тоже не вмешивался, понимая двусмысленность своего положения.
Любое действие могло выставить его грабителем.
А без крон — разве не пришлось бы ему полагаться на силу?
— Не моя проблема.
Великана угроза не проняла.
— Ах ты подонок.
Торговец-жаба, теперь уже по-настоящему разозленный, в гневе удалился.
Не было смысла устраивать сцену, пока стража всё еще наблюдала.
К тому же, идти против великана для него бы плохо кончилось.
Когда торговец ушел, Энкрид спросил великана: «Ты уверен, что всё в порядке?»
— А почему должно быть не в порядке? Я могу работать с Рокфридами, но что и по какой цене продавать — это мой выбор.
— Понимаю.
— Именно. Я продаю хорошие вещи по ценам, которые устанавливаю сам. Это мой способ вести дела.
Энкриду понравилась и кожа, и великан-торговец. Особенно то, как загорались его глаза, когда он говорил о «хороших вещах» и своих принципах торговли.
Разве путь торговца был легким?
Конечно, нет.
И все же великан-торговец твердо стоял на своем.
— У тебя есть мечта? — спросил Энкрид.
— Тебе-то что?
Эта неизменная прямолинейность великана была странно притягательной.
Энкрид решил, что ему нужно раздобыть кроны.
Возможно, Крайс мог бы помочь...
Нет, лучше он спросит Грэма.
Только он собрался уходить, знакомый голос окликнул его.
— По магазинам?
Это был кто-то знакомый — тот, кто был занят с самого рассвета.
— Черная ведьма, — прошептал кто-то.
Мантия прибывшей не многое открывала, но разрез на юбке обнажал ее бледные ноги.
Многие, и мужчины, и женщины, невольно уставились на ее ноги, обладавшие пленительным шармом.
— Не выкалывай им глаза только за то, что они пялятся, — пробормотал Энкрид.
— С чего бы это? Тебе нехорошо? — ответила Эстер, моргнув, явно забавленная.
Энкрид решил не развивать тему.
Его замечание было вызвано ее прошлым поведением, но в этот раз он оставил недовольство при себе.
— Сколько это стоит? Я заплачу.
Ситуация казалась Энкриду нереальной.
Эстер — та, кого можно было принять за ведьму или мудреца, — вручала золотые монеты, пока он просто стоял и наблюдал.
Она тщательно пересчитала монеты, прежде чем отдать их великану.
— Приятно иметь дело, — сказал великан с редкой улыбкой, отдавая кожу.
Затем Эстер передала ее Энкриду.
— Подарок. Я занята.
Это была случайная встреча.
Эстер собралась уходить, но не успела она сделать и шага, как подошел хорошо одетый мужчина, опустился перед ней на колени и протянул букет.
— Черная Ведьма, любовь моя! — патетично воскликнул он.
Эстер бросила на него беглый взгляд.
Энкрид решил, что если дело запахнет жареным, он защитит глаза бедняги. Но Эстер просто ответила: «Я подумаю», — и ушла, даже не обернувшись.
— А ты чего не уходишь? Мешаешь торговле, — сказал великан-торговец, выводя Энкрида из оцепенения.
Он продолжил свой путь к кузнице.
Сегодняшний день кажется... странным.
Эта мысль не покидала его даже тогда, когда он добрался до кузницы, где его ждало необычное зрелище: человек, гном и Лягух сидели вместе.
Кузнец-человек узнал Энкрида.
Он был королевским мастером, присланным Крангом.

Комментарии

Загрузка...