Глава 332: Проклятье развеивается (1)

Рыцарь Вечной Регрессии / Рыцарь, живущий одним днём
Вечно регрессирующий рыцарь
Глава 332: Проклятие распутывается (1)
Глава 332 — Проклятье развеивается (1)
Эстер подумала.
Когда-то ей казалось, что она будет мучиться под этим проклятием десятилетиями — а то и больше века, если особенно не повезет. А если не повезет совсем уж скверно, то, возможно, и всю жизнь проведет в мире, изуродованном проклятием.
Сама мысль об этом была ужасна.
Именно поэтому ради избавления от него она была готова на что угодно.
Именно поэтому она когда-то спала в объятиях Энкрида.
Теперь в этом не было необходимости, поэтому стало редкостью, когда она спала там.
Запутанные нити проклятия наконец начали распускаться как следует.
На этот раз удача была на ее стороне.
Столкнувшись с Галлахом, державшим реку в своих руках, она сумела вернуть часть прежних умений и даже проглотила несколько его особых артефактов.
Некоторые из этих предметов, безусловно, были полезны для её собственного магического мира.
Было бы еще лучше, сумей она отыскать его личную лабораторию и разграбить её, но где взять на это время?
Кроме того, этот человек был известен тем, что имел множество учеников.
А значит, все, что осталось в его лаборатории, скорее всего, давно бы стало добычей его учеников.
Они будут драться, грабить друг друга, и последний, кто останется в живых, заберёт всё.
Такова уж жадность магов.
Мысли о хорошем отношении между его учениками были смешными.
Если бы их не опьяняло желание превзойти человеческие пределы и докопаться до истины, они бы, скорее всего, вообще не стали магами.
— Идиоты.
Когда-то и она сама попадала в подобные грызни за власть. Но не сейчас.
Мысль о том, как ученики Галлаха радостно вцепятся друг другу в глотки, даже немного согревала ей душу.
Если мерить по любым нормам, Эстер не отличалась особенно приятным нравом.
Она это хорошо знала.
Среди магов ее еще можно было назвать сносной, но...
— Нет, даже здесь, среди всех этих ненормальных, я все равно одна из самых нормальных.
То же самое можно было сказать и о сумасшедших в компании.
Её мысли закружились, возвращаясь к исходной теме.
Она снова обратила внимание на проклятие.
Эстер снова задумалась о проклятии, которое она несла.
Проклятие не оставило после себя только плохие вещи.
В нём было что-то ещё.
Это было чем-то неожиданным.
Она даже приобрела силу Пантеры Озера.
Конечно, раз уж это называлось проклятием, ничего хорошего целиком в нем быть не могло.
Были и побочные эффекты.
Большие проблемы, чем она ожидала.
— Форма моего тела меняется.
Физическое существование, тело, существует в той форме, в которой оно воспринимается.
Особенно для мага, работающего с миром заклинаний, важно ясно осознавать собственное тело, чтобы удерживать физическую форму.
Если нет, тело может быть поглощено магическим миром и стать демоническим существом.
— Стоит ли мне заставлять себя?
Если она будет себя заставлять, она сможет сохранить человеческую форму, но ошибка может привести к необратимым последствиям.
Эстер выбрала свой путь.
Она отказалась от идеи любой ценой сохранять полностью человеческий облик.
Жить наполовину пантерой было достаточно.
Эту проблему можно было решить позже иным способом.
Но более насущной была другая проблема.
«Застой».
Её магический мир зашёл в застой.
Несмотря на то, что она решила проклятие, она всё равно оказалась в состоянии застоя, постоянно думая и размышляя, но ничего не двигалось вперёд.
Всё остановилось.
Не было развития.
Это глубоко тревожило её.
Что же ей делать?
Всё было как раньше.
Ей нужно было ждать вдохновения, тренировать заклинания и постоянно совершенствовать форму своего мира.
Ведь были люди, которые преодолевали свои пределы благодаря постоянному повторению.
Когда она подумала об Энкриде, Эстер почувствовала необъяснимую уверенность, что её собственная проблема как-то решится.
Раздражение начало рассеиваться.
Ей стало легче.
Это было странно, но стоило ей просто подумать об этом человеке, как на душе становилось легче.
С немного успокоившимися мыслями, она направилась обратно в казарму.
Одетая в черное, Эстер шла через военный лагерь.
Она была красавицей, чьё присутствие пленяло внимание всех.
Обычно на нее глазели все подряд, но сегодня взглядов было заметно меньше.
— Хм?
Не то чтобы она чувствовала разочарование.
Просто... было странно.
Эстер ускорила шаг.
Скоро она увидела Энкрида.
Точнее, она увидела, как Энкрид сражался, прорываясь через казармы.
Это было чистой случайностью.
Но эта случайность, скорее всего, была результатом обычной цепочки событий.
Энкрид, уже в третий раз пуская в ход свой давящий клинок, оттеснял Терезу и Дунбакель, одновременно прижимая Рема.
— Ты думаешь, это сработает?! — крикнул Рем, размахивая топором над головой.
Бум! Никакого реального звука не было, но Эстер услышала что-то подобное.
Заклинание «Коса Мюллера» создавало сжатый поток ветра, выпускавший вакуумное лезвие.
Это было заклинание, превосходящее по силе и скорости разреза.
Что такое заклинания ветра и вакуума? По сути, это искусство управления давлением.
И какова тогда высшая форма магии ветра, давления и вакуума? Влияние на атмосферное давление.
Через это можно было вызывать аномальное давление.
Некоторые движения Энкрида глубоко врезались Эстер в память и подстегнули ее мысли.
Волшебница погрузилась в глубокий транс, погружаясь в свой собственный мир.
Если бы она поддалась медитации в этот момент, она, скорее всего, осталась бы стоять там с пустым, безжизненным выражением лица, но другого выбора не было.
Это была возможность вплести что-то новое в свой магический мир, шанс, который она не могла упустить.
— Это еще что такое? — с раздражением спросил Крайс, а Энкрид, стоя на дрожащих ногах, ответил:
— Спарринг.
Что тут еще скажешь?
Крайс не стал дальше настаивать.
Всё было уже сделано.
Споры не могли изменить ничего.
Повреждённые казармы не отремонтируются сами собой, и Энкрид не был тем, кто чувствует раскаяние.
Что бы ни приносило ему удовлетворение, углы его рта были слегка приподняты.
Это было выражение облегчения.
Нежная улыбка, которую он носил, делала атмосферу приятной.
Разумеется, не было желания сказать что-то ещё.
— Это бунт? Ты пытаешься убить меня и занять мое место лорда?
Лорд Грэм, похоже, совсем измученный собственными хлопотами, начал нести чушь.
— Обязательно было говорить именно так? — ответил Энкрид, взглянув в сторону.
Там, застыв неподвижно, стояла женщина, чье присутствие притягивало все взгляды.
Это была Эстер.
Она подошла, но вдруг замерла, как фигура из воска, тихо дыша.
Солдаты, наблюдавшие за ней, образовали вокруг нее круг.
Никто не осмелился прикоснуться к ней.
Эстер также была частью компании сумасшедших.
Она была волшебницей, способной превращаться в леопарда, ходила в одном черном одеянии и предупреждала каждого, кто осмелится разглядывать ее тело, что вырвет ему глаза.
Другими словами, она была очень опасным человеком.
Энкрид подошёл к ведьме.
Он видел, что её глаза были затуманены.
В чем же дело?
Это было загадкой.
Вряд ли кто-то вдохновлялся его фехтованием настолько, чтобы менять из-за этого собственный магический мир, а сам Энкрид в магии не разбирался.
Ничего не было поделать.
Эстер очень болезненно относилась к любым прикосновениям. Исключение она делала только для Энкрида.
Он осторожно поднял её, начиная с ног.
Когда он поднял её, её тело стало вялым.
Похоже, она и правда впала в транс.
Таково ли оно чувство, когда меч поглощает тебя целиком, и ты теряешь рассудок?
— Прямо как капитан, когда уходит в себя и начинает пускать слюни, — пробормотал Крайс, глянув на нее.
Энкрид не стал гадать, в каком состоянии она находится.
Это была магия.
Никто не знал, что происходит.
Ему нужно было уложить её на кровать.
Глаза у нее плавали, и было видно, что в себя она пока не приходит.
Но когда Энкрид повернулся, он увидел только разрушенные казармы.
— Опустошите ещё одну казарму, — приказал лорд Грэм.
— Если вы добиваетесь лордства, попробуйте сделать это словами, а не клинком.
Неужели он всегда так любил шутить?
Энкрид тихо засмеялся.
После того, как он выпустил всё, что узнал, он почувствовал освежение.
Нет, это было не просто освежение; это показало ему путь вперёд.
— Ты изменился.
Комплимент Аудина всё ещё звучал в его уме.
— Ты полезен, — пробормотал Рагна.
Дунбакель вырубилась, а Тереза в своем безрассудстве схлопотала от Аудина вывих руки.
Сломана кость не была, но ей придётся отдохнуть день.
Энкрид быстро уложил Эстер и вышел.
Потом он пошел искать Рема.
— Ты псих. Ты что, на поле боя чье-то сердце заживо сожрал? — спросил Рем, имея в виду внезапный скачок силы Энкрида.
— На Западе и правда становятся сильнее от людоедства?
— Некоторые сумасшедшие так думают.
Рем, закутавшийся в прогретую кожаную куртку, говорил так, будто уже успел остыть после драки.
Они только что переехали в ближайшие казармы.
Кроме людей внутри, снаружи был только Рем.
Это было странно.
Он не собирался мыться, и сказать ему вроде было нечего, так почему же он медлил?
Вместо лишних раздумий Энкрид просто окликнул его:
— Рем.
— Чего тебе?
— Ничего особенного.
До спарринга, до этой ситуации, атмосфера изменилась из-за Рема.
Энкрид почувствовал это.
Аудин тоже намекнул на это, хотя и тонко.
Хотя из-за занятого графика с другими, которые его искали, Энкрид не часто мог обратить на это внимание, он заметил тонкую перемену в поведении Рема.
Это не было опасно, но в нём чувствовалась неоспоримая острота.
Если он спросит, что это такое, получит ли он ответ? Может быть. Но изменит ли это что-нибудь? Сможет ли Энкрид что-нибудь сделать с этим?
— Почему ты начинаешь говорить, а потом замолкаешь? — Тебя самого не коробит от недомолвок?
Рем пробурчал.
Острота, которая когда-то казалась опасно интенсивной, теперь ослабла, хотя бы на этот момент.
Энкрид решил пропустить процесс вопросов и ответов.
— Завтра утром.
— Что?
— Завтра устроим настоящий спарринг.
Один на один.
Их взгляды встретились, и в уголке губ Рема мелькнула улыбка.
— Серьезно, ты не думал голову подлечить? Что, по-твоему, случится, если ты выйдешь против меня в одиночку?
— Только не плачь после проигрыша.
Энкрид умело поддел его словами.
Рем засмеялся в ответ.
— Хорошо, звучит неплохо. Я сделаю так, чтобы ты заплакал.
Обменявшись боевым духом, Энкрид повернулся и ушёл, а Рем тихо смотрел на небо.
Звёзды мерцали в ночном небе.
Тепло от нагретой кожи и камней окутало его тело.
Когда шаги Энкрида стихли, Рем почувствовал, как его разум успокоился.
Из него вырвался тихий смех.
Что Энкрид думает, что знает? — задумался он. Но что он мог знать?
Рем подумал о ленивом, безцельном дураке.
«В какую историю он только что вляпался?» — спросил он себя про себя.
Конечно, он не собирался спрашивать напрямую.
Он изменился.
Рем стал свидеттолько чтом этого преображения своими глазами.
Это было началом вэтот этой ситуации.
Странное напряжение, которое наполняло воздух, не было случайным.
Это не Рагна его спровоцировал, но Рем заметил.
Он будет владеть мечом, какого еще не было.
Изменение было незаметным, но неоспоримым.
Конечно, они не смогут знать этого точно, пока не сразятся.
Продолжительность боя покажет правду.
Если не было явной разницы в умении, это было очевидно.
Основная проблема заключалась в том, что Рем отреагировал на это изменение.
Он стал чувствительным.
— А что, если я пущу в ход Пращу?
Разумеется, он начал думать о способах противостоять Рагне.
Его импульс возрос, провоцируя Рагна, которая не попыталась избежать этого.
— Хочешь, чтобы тебя зарыли?
Рагна тоже не сдерживалась в провокациях в его адрес.
Отступит ли Рем? «Я разобью тебе череп.»
Так всё началось.
Рем продолжал смотреть на ночное небо, погружённый в мысли.
— Это и есть та цена, которую я плачу за отказ?
Эта мысль оставалась в его уме.
Он даже заглянул в прошлое.
Когда он ушёл, он вспомнил проклятие гадалки, которое его преследовало.
— Ты отказываешься от этой силы, этого права? Ты заплатишь цену.
— Хорошо, я сам разберусь.
Рем так сказал и повернулся спиной.
Гадалка схватила себя за грудь и выкашляла кровь от ярости.
Она была так зла.
Ну, прошлое осталось в прошлом, а настоящее — в настоящем.
Рагна был Рагна, а он был самим собой.
— Беспризорный котёнок.
Было бы меньше мороки, будь здесь побольше таких, как Джаксен?
Люди, которых он ненавидел, всё ещё раздражали, но желать их смерти было уже совсем другое дело, особенно когда Энкрид был центральной фигурой.
На этот раз именно перемена Рагна послужила катализатором, и разбудил в Реме дух соперничества, но он решил отбросить эти мысли.
— Если что-то пойдёт не так, я просто вернусь и заберу это.
Было что-то, что он оставил в своём родном городе.
Какое кому дело до того, от чего он отказался?
Если бы он смог это вернуть, он посмотрел бы на Рагна свысока.
На следующее утро после переезда в новую казарму Энкрид, как обычно, начал тренировку на рассвете.
Аудин предложил правильную тренировку после нескольких дней наблюдения.
Он и так каждое утро обливался потом, а руки и ноги дрожали от усталости, так что же тогда Аудин называл «как следует»?
Дунбакель, тоже присоединившаяся к утренней тренировке, засомневалась уже от одних только слов.
«Может, ну его все к черту?..»
Тереза внешне держалась, но зрачки у нее заметно дрожали.
Методы тренировки Аудина были далеки от нормальных, но Энкрид оставался спокойным.
— Я ничего не ожидаю.
Его спокойствие снова заставило Терезу и Дунбакелььь осознать, насколько твёрдо он стоит на своём.
И это стало для них источником мотивации.
Рядом с ними стоял человек, который не отступал ни при каких обстоятельствах.
Полугигант и зверолюд тоже почувствовали, как внутри них разгорается огонь.
«Я не отстану».
Дунбакель только сильнее укрепилась в решимости. Тереза же подумала по-своему: «Скиталица Тереза не знает, что такое сдаваться».
Тереза чувствовала то же самое.
После утренней тренировки Энкрид собирался провести спарринг с Рем.
— Капитан.
Посыльный поспешно подошёл и позвал Энкрида.
— Что случилось?
— Вам нужно срочно идти.
После разговора с графом Молсеном Энкриду пришлось лично разобраться с возникшей из-за его действий ситуацией. Это было хлопотно, но делать это было необходимо. Однако потеря времени на тренировках из-за этого была совсем другой проблемой.
— Это дворянин.
Он не мог просто попросить их уйти. Даже если это был младший дворянин без прав на наследство, он всё равно был дворянином.
Энкрид снова почувствовал раздражение.
Эту проблему нужно было как-то решать. И у Энкрида уже имелся проверенный способ решать подобные вещи.
— Крайс?
Разумеется, в такие моменты он вовсе не собирался проявлять снисходительность к тем, кто мешал его тренировкам.
Намерение Энкрида было очевидно. В этот момент Крайс, еще сонно протирая глаза, лениво зевнул и сказал: — Пора переходить к тактике, да?
Энкрид кивнул.

Комментарии

Загрузка...