Глава 630

Рыцарь Вечной Регрессии / Рыцарь, живущий одним днём
Вечно возвращающийся рыцарь
Глава 630 — Передышка демона
Лицо седовласого фея было непроницаемым, словно маска.
Он некоторое время молча изучал Энкрида.
Если лягухи обладали врожденным чутьем на таланты, то феи кожей чувствовали ложь.
Энкрид говорил искренне, и фей это понял — хотя сама суть его «метода» всё еще не укладывалась у него в голове.
Хозяин дома откинулся на спинку стула, выпрямился и продолжил сверлить капитана взглядом.
В круглое окно за его спиной заглядывали любопытные мордашки юных фей.
Некоторые стояли поодаль, не сводя с гостей глаз. Эти малыши еще не научились скрывать свои чувства, и на их лицах читалось неподдельное удивление.
Вскоре к ним подошли взрослые — ростом они были такие же, но по выправке чувствовался возраст. Они что-то негромко сказали детям на своем певучем наречии.
Такие слова, как
— Пулуув-с
и
— Декедо
коснулись слуха Энкрида.
«А ведь и правда, странно, что мы так легко друг друга понимаем».
У лесного народа был свой язык, но со старейшиной они общались без всяких преград.
Взрослые добавили еще пару фраз, и дети, понурив головы, поплелись прочь. Видимо, получили нагоняй за подсматривание.
Энкрид с усмешкой наблюдал, как те самые взрослые, прогнав малышню, сами приникли к окну, навострив ушки.
«Прогнали детей, чтобы самим занять лучшие места».
Именно так всё и выглядело в глазах Энкрида, и именно так всё и было на самом деле.
Их интерес к гостям был просто запредельным.
Снаружи они казались бесстрастными, но их поступки говорили сами за себе.
— Может, стоит извиниться? — негромко шепнул Фел сзади.
И это говорил тот самый парень, который только что хотел зашить Энкриду рот.
Капитан решил, что этот совет можно пропустить мимо ушей.
— Я был предельно искренен, — буркнул он в ответ.
— Просто пей чай. Держи его во рту, если хочешь, только молчи. Пожалуйста.
Фел, выросший в диких степях, всегда считал себя профаном в тонкостях общения. Он заблуждался.
Настоящий мастер «дипломатии» сидел прямо перед старейшиной.
Для Энкрида всё было предельно просто: чтобы убить демона, надо бить его сильно и долго, пока тот не перестанет дергаться.
Фел невольно задумался:
«А не побочный ли это эффект его таланта?»
Может, гениальность в фехтовании отняла у него все социальные навыки? Прямо как у Рагны, который видит цель, но путает стороны света.
Это было в корне неверно, но поправить Фела было некому.
Энкрид действительно не кривил душой. Он почувствовал искренность старика и ответил тем же. А детали... Детали можно обсудить и потом.
Эта неловкая сцена закончилась, когда фей наконец собрался с мыслями.
— Нашим обществом управляет совет старейшин из разных кланов, — начал он.
Резкая смена темы застала Энкрида врасплох, но он внимательно слушал, понимая, что это важно.
Главы кланов входят в совет, и среди них выбирается председатель, который принимает окончательное решение, выслушав мнение каждого.
В этой иерархии есть клан, который исторически считается хранителем города. Что-то вроде королевской династии у людей, но скорее с функциями защитников.
— И я — глава клана Эрмен, — торжественно сказал он.
Энкрид и не догадывался, что род Эрмен был одной из главных опор поселения.
Их сила заключалась не в мечах, а в мудрости и делах на благо народа, что за века принесло им всеобщее почтение.
— Сейчас я единственный оставшийся член совета. А значит, мои решения — это воля всего народа, — добавил старик, подавшись вперед.
Его серые глаза буквально впились в капитана.
— Мы будем сражаться плечом к плечу.
Голос звучал твердо и торжественно.
— Так сразу?
Он едва успевал за ходом мыслей этого фея.
— Ради чего? — прямо спросил он.
— Неужели ты еще не догадался? — фей удивленно склонил голову.
— Я вообще ничего не знаю, — честно признался Энкрид.
— Тогда зачем ты проделал такой путь?
— Чтобы спросить, почему ушла Шинар.
— Только ради этого? И она ничего не сказала тебе про долг? Про опасность, грозящую нам? — Она молчала, — отрезал Энкрид.
Седовласый Эрмен на миг прикрыл глаза, погружаясь в воспоминания, и пробормотал:
— Шинар... Ты опять взвалила всё на свои плечи. Всегда ты была такой.
Он обращался к ней, хотя её здесь не было. В его голосе слышалось то же спокойное принятие неизбежного.
— Какая глупость...
— сорвалось с его губ, полных сожаления.
Энкрид негромко стукнул кулаком по столу, привлекая к себе внимание.
Это сработало, и взгляд Эрмена снова сфокусировался на госте.
— Расскажи уже, что случилось, — попросил Энкрид.
— Это мрачная история. Куда хуже гнилой картошки. Но раз ты хочешь знать — я расскажу. — И он начал свой рассказ.
— В нашем городе есть пещера, откуда лезут твари. И в глубине этой пещеры затаился демон. — Общество фей увядало, словно осенние листья, опадающие на сырую землю.
Их конец казался предрешенным.
— Теперь даже дети точат наконечники для стрел, а многие взрослые покинули родные леса, чтобы стать наемниками.
В любом народе дети — это завтрашний день.
Но здесь им приходилось работать наравне со взрослыми, чтобы хоть как-то поддержать рушащийся мир.
И виной всему был демон из пещеры, хотя беды на этом не заканчивались.
Их притесняла имперская фракция лесного народа, да еще и разрыв с друидами подлил масла в огонь.
Но именно тварь в пещере была корнем всех несчастий.
Тварь четко обозначила свои условия:
— Дайте мне невесту.
Шинар не была первой в этом списке.
Многие рыцари пытались бросить демону вызов, но нашли там лишь свою смерть.
Каждая их гибель вызывала новую волну чудовищ, обрушивавшуюся на город и уносившую жизни.
Все попытки уничтожить врага заканчивались крахом.
Лишь когда демону отдавали «невесту», наступало затишье. Проклятая передышка.
Год за годом тварь плодила монстров, вытягивая из лесного народа последние силы.
— Стать невестой демона — значит быть его игрушкой, пока он не пресытится тобой. Так мы и купили свой покой... — голос Эрмена дрожал от ярости и скорби.
Энкрид слушал, затаив дыхание, забыв о времени и голоде.
Когда старейшина умолк, капитан коротко подытожил:
— Значит, она ушла в эту пещеру, чтобы стать его невестой?
— Она пошла вымаливать нам отсрочку, да. Но проклятие так и не пало. — Старик печально кивнул.
Душа Шинар была отмечена печатью демона.
Должно быть, её мучили кошмары, а в голове вечно звучал его вкрадчивый голос.
Шрам, оставленный еще в детстве.
Если бы Шинар нашла себе пару и познала близость, власть демона могла бы ослабнуть.
Но тогда всё проклятие перешло бы на её избранника.
Так вот в чем было дело.
Потому она вечно подкалывала его, называя своим женихом, но никогда не подпускала по-настоящему близко?
— Когда она была маленькой, демон внушил ей, что она проклята. И нашлись идиоты, которые в это поверили. В итоге именно они и сбежали из леса, предпочтя увядание жизни в вечном страхе.
В аромате леса Энкрид внезапно уловил металлический привкус крови.
Запах, которому точно не место в этом райском уголке.
— Прости, мне пора. Вы пришли не в самый удачный момент.
Старейшина неспешно поднялся со своего места.
Пока фей делал эти три шага, Энкрид уже успел разложить всю информацию по полочкам, выделив главное.
Сначала демон испепелил город.
Потом он превратил их святыню в свое мерзкое логово.
Раз в несколько десятилетий ему требовалась жертва.
Пытаясь его одолеть, феи растеряли всех своих воинов.
Лучшие из лучших сложили головы в той яме.
Беды неслись снежным комом, и в центре всего стояла лишь похоть и жадность одной твари.
Энкрид даже не видел этого демона, но уже кожей чувствовал его гнилую натуру.
Пещера превратилась в малый лабиринт, источающий монстров.
Как только очередная «невеста» входила внутрь, твари затихали.
Этот демон упивался медленной агонией целого города. Извращенный садист.
В голове Энкрида всплыла картинка.
Ухмыляющееся чудовище и Шинар рядом с ним.
Его длинный алый язык касается её бледной, навек застывшей щеки.
Разум воина рисовал детали куда страшнее любых рассказов.
И всё это — пока старик просто шел к двери.
Умение Энкрида мгновенно вникать в суть событий было феноменальным.
Это признавал даже Крайс.
Да и не только Крайс.
Он видел корень проблемы. Понимал масштаб катастрофы.
Но если он считал, что поступает правильно — он шел до конца.
Таков был Энкрид — тот самый «безумец».
Это и была натура Энкрида — того, кого прозвали безумцем.
А если быть точнее — лабиринт.
Лабиринты всегда были проблемой.
Винить ли это проклятое место?
Неужели всё дело в этом проклятом месте?
В Сером лесу он потерял Оару.
Неужели настала очередь Шинар?
В его эмоциях закипела смесь тревоги, раздражения, гнева и непокорности.
Однако лицо его оставалось спокойным.
Он просто еще раз прокрутил в голове план действий.
— Что значит «сражаться вместе»?
Энкрид спросил в спину уходящему старейшине.
Его голос был тяжелым и весомым, как камень, брошенный в тихую воду. — Я иду в эту пещеру. Чтобы прикончить тварь, — ответил Эрмен.
Его голос нес в себе тяжесть воли, как камень, бросенный в озеро, разливаясь в стороны. «Я намерен войти в пещеру. Убить демона.» — ответил Эрмен.
Но они не собирались покупать жизнь своего народа ценой жизни Шинар.
Они просто делали то, что считали должным.
— Мы должны были сделать это уже давно, — добавил Эрмен.
Энкрид, поравнявшись с ним, спросил: — Тебя зовут Эрмен?
— Когда кто-то становится главой рода, он оставляет свое имя в прошлом.
— Тогда почему город называется Кирахайс?
Этот вопрос давно не давал Энкриду покоя.
Эрмен ответил удивительно спокойно. В его словах слышалась просьба о помощи — та самая, которую Шинар так и не решилась озвучить.
— Разве ты не знал? Кирахайс — это имя семьи, которая веками защищала этот город. По вашим меркам — королевская кровь.
«Не знали ли вы? Кирхейс — это имя семьи, которая защищала эту город за несколько поколений. С точки зрения вашей, они — семья королевы.»
Он терпеливо повторял очевидное, ни капли не раздражаясь.
Несмотря на повторение объяснения, его тон оставался терпеливым, лишенным раздражения.
— Королева?
Новая рябь тревожила покой Энкрида.
Вот это поворот.
Надо будет при встрече назвать её «ваше величество».
Хотя нет, за такую шутку она точно превратит его в решето своим Найдиром.
Но нет, она, скорее всего, пробьет его дыркой своим Найдиром, услышав такой шутку.
Значит, она вернулась и всё еще может злиться.
Наконец, это означало бы, что она вернулась и достаточно вдохновлена, чтобы ответить на его шутки.
— Где пещера? — спросил Энкрид у Эрмена.
Его серебристые глаза на миг дрогнули, выдавая волнение.
Его серебристые глаза дрогнули, выдавая тревогу.
Как бы он ни старался скрыть свои эмоции, как можно оставаться спокойным перед лицом такого хаоса?
Они просто привыкли держать всё в себе.
Шинар вошла в этот лабиринт добровольно, чтобы спасти свой народ.
Кранг умолял её бросить это безумие. Говорил, что ни один народ не стоит такой жертвы.
«Не отдавай жизнь ради них», — убеждал её Кранг, говоря не жертвовать собой ради фей.
Не отдавайте свою жизнь за свою семью.
Но Шинар не послушалась его совета.
Энкрид это понимал как никто другой.
Энкрид понимал это.
Раз уж он здесь, почему бы не крикнуть прямо в пещеру, чтобы Шинар выходила играть?
Пока они шли по лесной тропе, Фел шепнул Луагарн:
Покинув Эрмена, Энкрид следовал по лесной тропе, а Фел шептал Шинару.
— Мне немного не по себе.
— Боишься демона? — спросила Луагарн, хотя и сама чувствовала неладное.
«Ты не боишься демона?», — спросила Луагарн, хотя уже знала ответ.
— Да нет, я капитана боюсь. — И в словах Фела была чистая правда.
От Энкрида исходило какое-то морозное, пугающее бешенство. Как холодное пламя, которое не греет, а испепеляет.
Его решимость колола пространство, точно острые шипы.
Эрмен вел их всё глубже в лесную чащу.
Под ногами змеились корни, а пейзаж вокруг мелькал, точно в окне кареты.
Деревья впереди сливались в сплошное марево и тут же оставались позади.
— Мы на месте, — объявил старик.
— Мы на месте, — объявил Эрмен.
В нос ударила невыносимая вонь — куда хуже запаха от диких зверей.
Так пахнут мертвецы, которых бросили гнить в яме с червями.
Похоже, этот демон был из тех, кто не очень-то следит за гигиеной.
Перед входом уже собралась целая толпа фей.
Их было никак не меньше сотни.
Эрмен вышел вперед и обратился к ним:
Эрмен шагнул вперед и обратился к ним.
Шинар хотела спасти свой народ в одиночку, но они решили иначе.
Они предпочли смерть за свою королеву позорному выживанию.
Вместо того, чтобы потерять Шинара, они решили сразиться с демоном.
И Энкрид видел, что это не пустые слова.
Они были готовы идти до конца.

Комментарии

Загрузка...