Глава 776: Нежданный гость

Рыцарь Вечной Регрессии / Рыцарь, живущий одним днём
Рем посмотрел на лицо спящего человека и подумал:
— Одно движение топором — и всё кончено.
У таких, как он, кожа становится плотнее, кости — крепче, а кровь циркулирует так быстро, что рефлексы выходят за границы человеческого воображения.
И всё же никто не способен выжить с отрубленной головой.
Словом, во сне мастер меча так же беззащитен перед внезапной атакой, как и любой смертный — особенно если он пребывает в глубоком забытьи, как этот человек сейчас.
Рем отвел взгляд от Рагны, который спал мертвецким сном.
Были моменты, когда он искренне желал ему смерти.
Но... «Не так».
Рем был выходцем из Западного региона, Героем своего народа.
А еще он был
спутником Аюл
и отцом ребенка.
Одолеть врага в честном бою — это одно, но занести топор над шеей спящего?
Даже если бы ему довелось прожить десять жизней, Рем бы никогда до такого не опустился.
Он прорвался в Демонический Домен, проломил и сжег целый участок крепостной стены.
Сказать, что он при этом не устал, было бы наглой ложью.
Рем в одиночку прикончил трех гигантских птиц-зверей, после чего его отбросило в сторону, и ему пришлось несладко в дебрях Домена.
Демонический Домен полностью оправдывал свою зловещую репутацию.
Рогатые гориллы-звери двигались тише сов, пытаясь напасть со спины, а гули с острыми клыками бросались вперед, жаждая теплой крови.
Ему встретилось немало культистов: одни явно лишились рассудка, другие лишь искусно притворялись безумцами.
Попадались и вовсе странные создания — полулюди-полумонстры с клеймами на лбах, от которых за версту несло магической энергией.
— Ну и твари же они, слов нет...
Он не мог просто пройти мимо, ничего не предприняв, поэтому пустил в ход силу.
Кромсая и убивая врагов на своем пути, он призвал дух волка, чтобы тот помог ему сориентироваться.
Благодаря духу его восприятие обострилось, и он по запаху пошел по следу своих союзников.
Но тут путь ему преградил гигантский восьмирукий паук-монстр, без конца изрыгающий паутину.
Паутина вылетала из мерзких отверстий на его теле подобно стрелам, и этих тварей было не одна и не две — их была целая сотня.
Ему удалось перебить примерно половину.
Когда врагов так много, метательный топор бесполезен — целей слишком много.
Пришлось сойтись врукопашную. Противники оказались коварными: они ловко использовали местность, прячась за деревьями и камнями.
Смертельной угрозы не было, но он изрядно вымотался, растратив массу сил и магической энергии.
Ему повезло: когда половина пауков была мертва, остальные дали стрекача.
Воссоединившись с отрядом, он в последний раз метнул топор, чтобы выручить Лентяя, и они наконец вернулись в деревню.
Там он наконец-то нормально поел, выспался и привел мышцы в порядок.
Но даже после отдыха тело всё еще ломило.
— Всё еще не в форме.
Ранений не было, но тело, измученное запредельными нагрузками, отказывалось слушаться.
Избыток магической энергии всегда ложится тяжким грузом на организм, если использовать её сверх меры.
Впрочем, не он один был в таком состоянии.
Фея, что без умолку болтала о помолвке, выглядела бледнее смерти, а Луагарне и вовсе лишилась руки в бою.
Говорят, руку ей отхватила костлявая Псина с человеческим лицом.
Но хуже всех пришлось Лентяю, который теперь валялся без чувств в углу.
Он настолько исчерпал свою Волю, что едва не впал в летаргию.
Разок очнулся, проглотил гору еды и снова вырубился. Теперь его хоть за ноги тащи — и бровью не поведет.
— Ох-хо-хо... — зевнул Рем.
Сам Рем тоже не прочь был полентяйничать еще немного.
В окно он видел двух оболтусов, погрузившихся в глубокие раздумья.
Жалкий Фель и не менее жалкий Ропорд наверняка простоят так до самого вечера.
Мимо проходили селяне, изредка поглядывая на них.
Но теперь в их глазах был не страх, а благоговейный трепет.
В деревне царили тишина и покой.
«Ну еще бы, мы же перебили всех монстров в округе».
Неподалеку Роман изнывал под тяжестью тренировок.
— Давай, брат, ты сможешь! У меня еще полно сил!
Полувеликанша Тереза помогала ему упражняться, а Один стоял рядом и ухмылялся, точь-в-точь как демон.
«Когда так измываешься над кем-то с такой улыбочкой, и впрямь на черта похож».
Роман, на чьих плечах была целая гора камней, с трудом выдавил:
— Всё... я больше не могу...
— Можешь-можешь. И не произноси такого, брат — выдохнешь, потеряешь напряжение в животе.
Один-демон даже не взглянул в его сторону.
Веселая у них там компания.
Рем отвернулся от окна и оглядел комнату.
Он уже собирался прилечь, как вдруг замер. Рука сама собой потянулась к топору на поясе.
Его инстинкты воина вопили о смертельной опасности.
«Когда они успели подойти?»
Мелькнула мысль, но времени на раздумья не было.
Скрип.
Дверь распахнулась, и внутрь поползла сама тьма — густой черный дым застилал пол, словно живое существо.
На улице стоял полдень, и небо было кристально чистым.
Но стоило двери открыться, как в комнате воцарилась ночь. Тяжелое давление сковало пространство, будто они снова оказались в самом жутком логове Домена.
— Если ты гость, то мог бы для приличия и постучать.
С этими словами Рем выхватил топор и швырнул его вперед.
Движение было столь молниеносным, что рука даже не оставила тени.
Топор со свистом рассек воздух, описывая идеальную дугу.
Оружие превратилось в сверкающий диск еще до того, как Рем закончил фразу. Удар должен был снести голову наглецу.
Но незваный гость легким движением левой руки встретил топор щитом.
К левой руке был крепко привязан щит — широкий сверху и сужающийся книзу острым концом.
Бах!
Д-д-д-д-д!
От оглушительного удара топор Рема отлетел под углом и унесся ввысь.
На щите осталась глубокая борозда, а само оружие скрылось из виду, словно превратившись в падающую звезду.
В дверном проеме зияла дыра от пролетевшего топорика.
Рем нахмурился, понимая, что вернуть этот топор теперь вряд ли получится.
Повсюду, кроме пространства перед щитом, всё еще клубился густой черный дым.
Перед ним стоял рыцарь в полном доспехе.
В его движениях не было ничего человеческого — он казался ожившим стальным изваянием.
Работа была безупречной: каждая деталь доспеха подогнана идеально.
Меч оставался в ножнах, но щит был поднят в защитной стойке.
Медленно и бесшумно фигура подняла руку и откинула забрало.
Клац.
Металл лязгнул, и за забралом показалось лицо, встретить которое Рем никак не ожидал.
— Фух, так-то лучше. А то там внутри душновато. Раз уж ты сам без шлема, я хотя бы забрало подниму. Совсем снять шлем не могу — он будто к голове прирос. Но решать тебе: мне его опустить или так оставить?
Рем прищурился, изучая врага.
«И кто ты еще такой?»
Фель и Ропорд, за которыми он наблюдал минуту назад, бесследно исчезли.
Окна оказались замурованы грубой земляной стеной.
В доме остались только двое: он сам и спящий Лентяй.
Дело принимало скверный оборот.
Из-под шлема выбивались всклокоченные светлые волосы.
На него смотрел вполне симпатичный малый.
Не Энкрид, конечно, но красавчиком его назвали бы в любом краю.
— Делай как знаешь, — безразлично бросил Рем.
Рем ответил безразличным тоном.
Если на его вопросы не было ответа, он просто делал что мог.
— Ладно, оставлю так.
На лице рыцаря заиграла улыбка.
Он выглядел пугающе спокойным.
Бам.
Огромный щит, способный укрыть человека с головой, с силой вонзился острым краем в пол.
Каменные плитки под ним разлетелись вдребезги.
Стало ясно, что эта громадина весит немало.
Стоя так, незнакомец картинно вытянул шею, пытаясь заглянуть Рему за спину — хотя и так всё прекрасно видел.
Тот еще любитель дешевых эффектов.
Блондин ухмыльнулся, заговорив в дружелюбном, почти приятельском тоне.
— Мне-то нужен только один из вас. Так что если просто отойдешь в сторонку и оставишь того парня мне, я тебя не трону. Ну что, идет?
Рем был далеко не в лучшей форме.
А этот тип казался опаснее любой твари, что он видел в Домене.
«Интересно, он сильнее того Лорда или Апостола?»
Он лишь нанес завершающий удар в прошлом бою, поэтому не мог судить о реальной силе противников такого уровня.
Как бы то ни было, он был истощен и не мог здраво оценить мастерство врага.
С виду Рем мог показаться безумцем, одержимым битвой, но на деле он всегда сохранял трезвый рассудок.
Иначе он бы никогда не рискнул стать убийцей знати.
Тогда то убийство и награда за его голову были частью холодного расчета.
И сейчас вывод был однозначен: бой в этой тесной каморке сулит ему сплошные неприятности.
«Места мало, а за спиной — лишний груз».
Уверенность, исходившая от рыцаря, лишь усиливала это давление.
Откинуть забрало перед боем... такие шутки с дилетантами не проходят.
Но неужели он должен сдать своего подчиненного, чтобы спасти шкуру?
Бросить доверенного ему бойца и сбежать?
О таком бреде и речи быть не могло.
— Ну и лентяй же ты... Дрыхнешь так, будто тебе за это приплачивают.
Проворчал Рем. Он поднял свой топор перед лицом, готовясь к атаке.
Затем он гаркнул во весь голос:
— Эй, ты хоть знаешь, кто я такой?!
Незнакомец ответил всё с той же приклеенной улыбкой:
— Понятия не имею.
Рем хищно оскалился в ответ.
За его спиной Рагна дернулся во сне.
Он был полностью опустошен после битвы с Апостолом — пришлось использовать Волю на пределе возможностей.
Всё, чего он сейчас хотел — это покоя.
Может показаться, что он просто спит, но его тело в этот момент лихорадочно восстанавливалось.
Он мог бы проснуться через силу, но толку в бою от него было бы мало.
Так что отдых был необходим.
Впрочем, Рагна так безмятежно спал еще и потому, что полностью доверял Энкриду.
Может, Рем и не пользовался его доверием, но в Энкриде он не сомневался.
Рем снова ухмыльнулся, хотя и знал о недоверии Рагны.
— Вице-капитан никогда не сдаст своих. Так что готовься, Призрак.
Рем был героем и шаманом Западных земель.
Он уловил исходивший от противника едва заметный кисловатый запах.
Тот, кто носил этот доспех, не был человеком.
В этом Рем был уверен больше всего.
— Вице-капитан? Безумцы?
Всё так же улыбаясь, рыцарь склонил голову, выдернул щит из пола и обнажил меч.
Вш-ш-шух.
Сталь плавно покинула ножны. Её серебристое сияние зловеще мерцало в клубах тьмы.
Клинок не рассекал туман, а будто растворялся в нем.
По крайней мере, так это видел Рем.
Меч был короче и массивнее обычного длинного меча.
Формой он напоминал гладиус, которым когда-то сражался Энкрид, но лезвие было ровнее.
Им было удобно и колоть, и рубить, а при необходимости он мог послужить дополнительным щитом или дубиной.
— Значит, вы оба выбираете смерть? Я правильно понял?
Спросил незнакомец.
— Нет, я выбираю твою смерть.
Ответил Рем без малейшего колебания.
— О, ну тогда всё ясно.
Блондин вскинул щит, заполняя собой всё пространство комнаты.
Его аура бушевала вокруг, точно ураган.
Это давление чувствовалось почти физически.
Дым, смешанный с его мощью, начал сгущаться, принимая зловещие очертания.
Воздух стал густым, как свинец: казалось, невидимый стальной куб заполняет весь зал, не оставляя места для вдоха.
Призрачная дымная клетка сжималась, готовясь раздавить всё живое.
Рем крепче сжал рукоять топора.
Сзади — беспомощный товарищ, впереди — грозный враг.
Ни одного плюса в его положении не было.
Что ж, значит нужно превратить свои слабости в сильные стороны.
Именно так он и поступил.
Рем всегда славился своим тактическим чутьем.
Он добавил в свой арсенал элементы ортодоксального фехтования Энкрида, которое само по себе выросло из тактики Луагарне.
— Сзади!
Крикнул он так убедительно, будто врагу действительно кто-то зашел в тыл.
— Ты что, за идиота меня держишь?
Призрак лишь хмыкнул, даже не обернувшись.
Рему и не нужно было, чтобы тот поверил — ему требовалось лишь на мгновение сбить его с толку.
В ту же секунду топор Рема взмыл вверх.
Бах!
Оружие вдребезги разнесло потолок общинного дома.
На голову им посыпались тяжелые прогнившие балки, куски камня и вековая пыль, превратившаяся в крошку.
Всё это обрушилось градом.
Топор пришелся точно в несущую балку, и вся кровля начала рушиться.
Рем взвалил Рагну на плечи и в один прыжок выскочил наружу сквозь этот хаос камней и щепок.
— Надо же, каков хитрец.
Рыцарь не спеша последовал за ним, наблюдая за прыткостью варвара.
Бежать им всё равно было некуда.

Комментарии

Загрузка...